Пользовательского поиска

   

                                                 «Халва – 2»

 

Отец пришёл с работы, разделся, умылся и, не расслабляясь, взялся за дело. Благо свой дом, давал возможность развернуться его фантазии и опытам, правда, после них порой бывали последствия курьезные и до слез смешные, но, слава Богу, не смертельные, а это уже вдохновляло на очередные благородные дела.

       Вот и сейчас, вынув из кухонного шкафа куль сахара, пачку крахмала, желатин,

Пару свиных ног и кучу специй, он приступил к осуществлению наглухо засекреченной

От всех домочадцев  операции под названием « Халва-2». Однако мешать ему вроде бы

Никто и не собирался. Старый тесть кряхтел, ворочаясь на диване, а двое его сыновей-

 Слушатели начальных классов средней школы, носились по двору, играя  со старым

Псом Полканом.

     - Ну, с Богом -  вдохновил он себя и прикрыл осторожно дверь в кухню. Та как обычно

Предательски скрипнула, когда за нее бралась не женская рука. Отец скривился как от

Зубной боли и замахнулся кулаком, приказывая молчать. Надо было спешить, вероятно, в этот момент жена заканчивала работу в ателье и собиралась домой.

       Он поставил казанок с водой на плиту, зажег газ. Начал при помощи стакана и прокуренного ногтя большого пальца, делить содержимое пакетов на порционные части,

Ссыпая в общую кастрюльку. Здесь проблем не было, «глаз уже был набит, оставалось

Набить только морду», он улыбнулся своей мысленной шутке, но, взглянув на свиные ноги, сразу посерьезнел. Здесь пришлось повозиться топором, чтобы оттяпать копыта и покрошить их на мелкие кусочки. Всё это засыпал в кастрюльку и, вытерев вспотевший лоб тыльной стороной ладони, начало скалкой толочь и размешивать состав.

      Казанок вскипел, плеская через край воду, подсказывания, что пора в него засыпать раствор. Отец, глянув на циферблат, вложил остаток сил в скалку, сделав последнее извержение в кастрюле. Немного переборщив, выброс достиг носа, и он как из пулемета стал выбрасывать « чихи «. Освободив воздушные каналы, он перевернул кастрюльку в казанок. Тот, приняв пищу в свой круглый желудок, затих и стал медленно переваривать,

Чтобы готовым продуктом порадовать своего творца.

      Тестю стали сниться кошмары, и он открыл глаза. В комнате витал  запах до селе

Невиданного кушанья, он показался немного терпковатым, но определенно внушал доверие. Дед поднял с лежанки свои старческие кости, сунул ноги в валенки и направился к кухне….. По мере того, как он приближался, запах становился все более неприятным,

Однако любопытство к изготовляемому блюду подстегнуло его.  Толкнув дверь, он округлил глаза и, вдохнув полной грудью,  закашлялся.

      Вдруг из недр кухни выскочил зять, схватил тестя под мышки поволок к дивану. Между приступами кашля он выдавил, обмотанному по самые глаза мокрым полотенцем зятю:

     - Милый, ты что, решил нас, как германцы в первую мировую, потравить?- и он снова

закашлялся.

      Теперь запах предательски выполз на улицу, где на него сразу же обратили внимание

голодные ребятишки.

      Отец забаррикадировался на кухне, не отвечая на мольбы и просьбы своих отпрысков.

Он подносил к глазам часы, так как этот  туман не могла, пробить даже лампочка в сто ватт, и ждал, когда большая стрелка причалит к отметке шесть, чтобы выключить газ,

Завершив приготовление собственного продукта под кодовым названием «Халва-2».

      Последний раз, взглянув на циферблат, упираясь спиной во вздрагивающую от ударов

дверь, он, досчитав вместе с секундной стрелкой до двадцати, бросился к плите и крутанул ручку.

      - Все – облегченно вздохнул он, открывая настежь окно.

      В тот же миг в кухню ввалились голодные и кинулись к казанку. Отец успел заслонить грудью произведение кулинарии и как епископ поднял руку, призывая народ к благоразумию, торжественно произнес:

     - Сегодня мы отведаем сладость, которую не производила ни одна кондитерская фабрика в мире».

      Дети, сглотнув набежавшую слюну, восхищенно уставились на  «предка». Тесть стоял в дверном проеме, рассматривал сквозь редеющий туман, загадочный котелок, потихоньку кляня себя за то, что сравнил такого умного и талантливого зятя с германцем.

Полкан тоже поглядывал из-за косяка в надежде, что и ему перепадет лакомый кусочек.

      Отец, видя, что толпа успокоилась, принялся за дегустацию.

       Он поставил казанок на подоконник и начал остужать, помешивая ложкой. Пар все реже и реже стал виться над горловиной и вскоре от него остались только редкие струйки.

Все, затаив дыхание, ждали, когда он поднесет ложку ко рту и одобрительно кивнет головой.

        И вот долгожданный момент настал. Всем со спины было видно, как  он поднес ложку  на уровне рта и завел внутрь, челюсть быстро задвигалась, постепенно снижая колебания. Увидев, как она замерла, и отец кивнул судорожно головой, все ринулись к казанку, отшвырнув в угол получившего свою порцию изготовителя, предварительно выхватив из руки ложку.

        Ребятишки, набив рот вязкой  массой, сосредоточенно стали жевать, наблюдая друг за другом. Следующая волна, состоящая из деда и собаки, несмотря на мычащего в углу отца, ринулась отведать сладость, но одного из них – пса временно постигла неудача. Дед, ухватив ложкой « наку « быстро ее обсосал, содрав остатки массы вставными зубами.

       Вдруг отец,  как-то странно взревев, с открытым настежь ртом, где вместо языка красовался темно-коричневый кусок, ударил ногой по казанку. Тот мгновенно скрылся за окном. Пёс был не дурак, и, дав задний ход, вмиг оказался на дворе, где его непревзойденный нюх нашел казанок с растекающейся сладостью. И он набросился на нее, жадно набивая пасть.

       Мать уже подходила к дому, когда услышала странные звуки, доносившиеся с ее двора. Звуки походили на мычание коров, на блеяние овец, на визжание резаных свиней и, чем ближе она подходила, тем загадочнее они становились, вызывая тревогу и беспокойство в груди.

       Открыв калитку, она опешила. На нее, кинулся из глубины двора,  повизгивая и мотая головой,  Полкан. В открытой пасти, у  него был зажат темный предмет, с ним он выскочил,  и странно виляя задом, ринулся, едва не сбив отпрянувшую в сторону хозяйку, в придорожные кусты. Однако в ушах только поубавилось на один звук, остальные доносились из открытого окна кухни. Поняв материнским сердцем, что они взывают о помощи, подхватив сумки, бросилась на помощь.

      Картина была ужасной: Муж стоял возле плиты и ковырял у себя во рту кухонным ножом. Отец обессиленный  сидел на табуретке в углу кухни, издавая нечленораздельные звуки, похожие на матерщину. Лампочка теперь ясно освещала его открытый рот, где вставные челюсти, обхватив темную массу, болтались внутри, не желая покидать рот хозяина. Дети с выкатившимися  из орбит полными слез глазами и с открытыми ртами, мыча, бросились к ней, цепляясь за юбку….

       Матери сделалось плохо, она выпустила из рук сумки, осела возле порога.

       Полкан появился через неделю. Следов от полученного ранения в пасти не оказалось, только вот в душе зародился страх на этого человека, который любезно накормил сладостью с непонятным названием « Халва-2 «. При одном воспоминании о продукте, он заскулил и забрался в будку.

 

 

                        

 

 

Яндекс цитирования Rambler's Top100

Главная

Тригенерация

Новости энергетики